В 1996 году, незадолго до введения в России моратория на смертную казнь, в тюрьму строгого режима приходит новый сотрудник Константин. Его назначение совпадает с напряжённым периодом, когда система готовится к грядущим изменениям. Однажды Константин сталкивается с отцом человека, погибшего от рук одного из заключённых. Эта встреча переворачивает его представления о справедливости. Он начинает размышлять о том, что родственники жертв, возможно, заслуживают права сами вершить возмездие.
Обсудив эту идею с несколькими коллегами, Константин предлагает необычную схему. Суть её в том, чтобы передать процесс исполнения высшей меры на сторону, сделав его платной услугой для тех, кто жаждет отмщения. На первый взгляд, это кажется способом восстановить баланс и дать людям ощущение закрытия. Однако очень быстро благородные намерения сталкиваются с суровой реальностью.
Как только в дело вступают деньги, всё меняется. Предложение находит отклик, но вместе с ним проявляются и те, для кого принципы не стоят ничего. Финансовая выгода затмевает изначальную идею о справедливости. Коллеги Константина, сначала поддержавшие его, постепенно начинают действовать исходя из корысти. Система, созданная как ответ на боль, сама превращается в источник новых проблем.
Константин наблюдает, как его замысел искажается. Он видит, что монетизация наказания ведёт к опасным компромиссам. Люди, готовые платить, оказываются разными, а исполнители начинают браться за заказы без разбора. Грань между правдой и выгодой стирается. Вскоре становится ясно, что совместить бизнес и мораль невозможно. Деньги приносят не успокоение, а новые конфликты и разочарования.
Эта история показывает, как легко благие цели могут быть извращены. Изначальное стремление помочь страдающим оборачивается циничным предприятием. Константин, начавший с желания восстановить справедливость, оказывается в центре системы, где всё продаётся. Он вынужден признать, что некоторые вещи не должны иметь цены. Опыт преподаёт ему жёсткий урок о природе человеческих поступков и о том, что происходит, когда принципы сталкиваются с возможностью наживы.
